Вырубил. Сварил карбид.
Карбид – тоже винт. Правда, таска у него дебильная, но так ничего.
Пытался вызвонить кого-нибудь с телкой. Всех как хуем сдуло. Настроение поганое. Иду в кровать.
Утро.
Не спал. Всю ночь рисовал на заморочке какую-то картину. Так завалил ее деталями, что к утру получился сплошной синий лист. Все пальцы в чернилах.
В морозилке карбид отстоялся, стал нормальным винтом. Ширнул его на рассвете. Таска уже почти прошла. Надо догнаться и идти по теркам.
Вечер.
Откопал пять терок. Средней паршивости. Сразу заполнил и взял три пузыря.
Пока шоркался по драгам, познакомился с девицей, Ниной Хуеглоттт. Смазлива, молода, грязна, но кичится своей честностью. Посмотрим. Все что надо для варки, я заныкал.
Утро.
Ебался всю ночь! И хуй встал, и ебля по кайфу.
Пока Нинка Хуеглоттт отмокала в ванне, сварил. Живого веняка на ней не нашлось, все в дырках и старых дорогах, пришлось шмыгать в подмышку, там еще чего-то оставалось.
Хуй сосет она классно. Правда, с утра свалила, но обещала звонить.
Голова с недосыпу гудит. Хорошо, что все пока есть. Пожрать – и на боковую.
Вечер.
Днем завалился Блим Кололей. Просил красного. Я не дал, сказал, чтобы приносил банку. Он принес две и вместе с ними ораву в пять рыл малолеток.
Малолеток я поставил отбивать, сам сварил, ширнулся. Получился почти без прихода, но тянет классно.