Пора в ремиссию. Или просто отоспаться.
Вечер.
Зарядил Нинку Хуеглоттт за терками и салютом. Принесла.
Стендаля не хватало, позвал Клочкеда. Поделился, забрал квадраты, свалил.
Все заебало. Пора завязывать.
Утро.
Ночью ширялся на кухне, пока Нинка Хуеглоттт спала. Утром мазались на пару. Кругом сплошные глюки. Надо кончать с винтом.
Вечер.
Нинка Хуеглоттт притаранила все. Сварил шатаясь. Вмазался. Хочу спать – не могу! Пиздец!
Вечер.
Проспал почти трое суток. Сломался. Истощал. Когда не спал – жрал.
Зато теперь все ништяк. Веняки поджили. Голова ясная никаких глюков не видно. Рассудок трезв и на сердце приятственность.
Нинка Хуеглоттт агитирует завтра пойти по теркам, драгам и сварить. Почему бы и нет? Я уже чувствую, как чешутся мои веняки, требуя новой вмазки.
Главное, не входить в марафон и держать себя в руках.
Не сплю пятые сутки. Прошлой ночью ко мне ломились торчки и требовали коки. Под обоями нашел гнездо каких-то мелких тварей. Раздавил. С потолка на лицо постоянно падает штукатурка.
Приснился однажды наркоману Чевеиду Снатайко страшный сон: Идет он по знакомому городу. Ночь, улица, фонарь… И нет аптеки!